В пределах видимого

На изломе эпох, когда старый мир уже рушился, а новый ещё не обрел черт, маленький Дунцзян жил на вздохе перед затоплением. Город, сжатый в ожидании переселения, напоминал тело перед судорогой — всё ещё теплое, полное звуков, запахов, воспоминаний. Строили новый район на холмах, прощались с домами, собирали чемоданы и боялись... не воды — нет, — а того, что уйдёт вместе с нею. Истории. Молчания. Вина.
Лето 2002 года принесло не только ливни, но и трещину в реальности. Убийство — странное, почти театральное — перевернуло жизнь вверх дном. Любовь, которая закончилась смертью. Муж, который исчез. И мертвые, и живые вдруг сменили маски. Расследование превратилось в погоню за призраками — памятью, тенью, виновностью без доказательств. Всё, что казалось явным, рассыпалось, как иллюзия на солнце. Потому что правда — это не свет. Это то, что остаётся, когда гаснет свет.